– Я считаю себя вашим крупным должником, господа, – серьезно проговорил следователь. – С помощью таких двух знатоков дела, как вы, мистер Картер и ваш друг, мистер Мак-Глусски, я, конечно, сумею проникнуть в тайну трагедии.

– Ну, это еще неизвестно, – недоверчиво покачал головою Мак-Глусски. – Я, например, про себя могу сказать: "ничего в волнах не видно"...

– Пожалуй, я присоединяюсь к тебе, – заметил Ник.

– Без сомнения, вы уже переговорили друг с другом о деле и составили себе некоторую картину, – догадался коронер.

– Наоборот. Мы не перемолвились ни единым словом.

– Как?! – изумился следователь. – Но, ведь, это так естественно: товарищи по профессии всегда обмениваются мнениями на самом месте исследования. Это, наконец, выгоднее.

– Я с этим не согласен! – энергично тряхнул головою сыщик. – У каждого свои методы и важно, чтобы каждый составил себе мнение независимо от другого. Я ничего не знаю о результатах, добытых Джорджем, а он о моих... О его взглядах на дело мне известно столько же, сколько и вам.

– Это, однако, интересно, – протянул коронер.

– Мы часто работаем вместе и всегда поступаем так. Смею вас уверить, что таким образом мы добивались наилучших результатов. Да, по-моему, иначе работать и невозможно.

– Это почему?! – воскликнул следователь.

– Очень просто, – спокойно произнес Ник. – При выяснении тех или иных обстоятельств дела, каждый старается доказать справедливость своей точки зрения... Получается возможность сравнивать, исключать, добавлять, исправлять и т. д. В результате – истина или, по крайней мере, очень близкое приближение к ней... Я думаю, ты, Джордж, готов и на этот раз вести беседу таким же образом?

– Не совсем, – послышался ответ. – На этот раз очень хорошо было, если бы наш друг-коронер взял на себя труд допрашивать нас, как допрашивают обыкновенно свидетелей...

– Согласен, – заявил Картер.